Два года, 27 брендов: что на самом деле нашли в цепочках «Сделано в Италии»

Два года назад итальянская прокуратура обнаружила эксплуатацию работников на фабриках, которые, по версии следствия, снабжали люксовые бренды. Расследование обнажило трещины в цепочке «Сделано в Италии», подорвав давнюю связку этой маркировки с высоким качеством и этикой, и поставило под сомнение убеждение, что эксплуатация — проблема исключительно фастфэшна.

В первой волне назвали пять брендов, чьих поставщиков нижнего уровня обвинили в эксплуатации: Dior, Giorgio Armani, Loro Piana, Valentino и массовую итальянскую марку Alviero Martini. Эти дела с тех пор закрыли — суд счёл, что необходимые изменения внесены. Но прокуратура на этом не остановилась: за прошедшие годы расследование расширилось ещё на 22 бренда.

Последняя волна, объявленная на прошлой неделе, включает Chanel, Moncler, Bvlgari и Brunello Cucinelli. Ни один из этих брендов не помещён под внешнее управление и не обвиняется напрямую — прокуроры лишь запросили документы по корпоративному управлению для расследований в отношении субподрядчиков. Все марки, ответившие на запрос, заявили, что сотрудничают со следствием и имеют механизмы выявления неэтичных практик.

Прокуратура начала с самых серьёзных обвинений, опираясь на итальянский антимафиозный кодекс — национальную правовую рамку для борьбы с организованной преступностью. В большинстве случаев судебные документы фиксировали доказательства принудительного труда и передачи избыточных заказов на фабрики с китайскими владельцами, где условия труда были эксплуататорскими, а нормы охраны труда и трудовое законодательство нарушались. Бренды быстро дистанцировались от фигурантов и усилили контроль цепочек.

Вторая фаза в декабре 2025-го назвала ещё 13 брендов, связанных с поставщиками Bag Group, Effellemoda и New Leather: Prada, Gucci, Versace, Dolce & Gabbana, Missoni, Ferragamo, Saint Laurent, Givenchy, Pinko, Coccinelle, итальянская «дочка» Alexander McQueen, итальянская операционная компания Off-White и Adidas. Обвинения снова касались прежде всего эксплуатации работников — в большинстве китайцев или людей китайского происхождения. Расследование продолжается.

Adidas настаивает, что речь не о прямом расследовании: «Adidas не является субъектом расследования. Ни мы, ни наши итальянские поставщики не имеют деловых отношений с компанией, в отношении которой ведётся расследование. Мы полностью сотрудничаем с итальянскими властями». Coccinelle заявила, что немедленно начала собирать запрошенные документы и подтверждает «неизменную приверженность соблюдению закона и высочайших этических стандартов».

Все дела строились на презумпции, что бренды не знали о происходящем: продукция уходила субподрядчикам за пределами их обзора. Одно обвинение выбилось из этой логики. В октябре 2025-го прокурор Паоло Сторари потребовал шестимесячного запрета на рекламу для Tod’s, утверждая, что компания сознательно извлекала выгоду из нелегальных субподрядчиков, получавших «огромные прибыли за счёт эксплуатации сильно недоплачиваемых китайских рабочих». Вместе с компанией расследовали трёх топ-менеджеров по законодательству о корпоративной ответственности. В феврале слушание отложили: если Tod’s покажет достаточный прогресс, требование о запрете могут отозвать. Компания обвинения отрицала.

Свежая волна касается субподрядчиков, производящих люксовую упаковку — чехлы для одежды, пыльники, фирменные пакеты и мешочки. Проверки на миланском производстве Moda Fashion Styles и у субподрядчика Isacco в Варезе выявили новых работников китайского происхождения в эксплуататорских условиях.

Официальные документы показывают: в Moda Fashion Styles работали незадекларированные сотрудники без вида на жительство; на станках отсутствовали необходимые системы безопасности; работников селили в унижающих условиях; данные о потреблении электричества указывали на производство круглые сутки, включая государственные праздники; а на площадке нашли этикетки с надписью «Сделано в Албании». Прямых отношений с брендами у этой компании нет, но следствие нашло доказательства, что их продукция там производилась. Более того, прокуроры обнаружили счета за эти работы, выставленные компанией Brandart, — а у неё прямые отношения с Owenscorp Italia (структурой Rick Owens), Chanel, Brunello Cucinelli, Goyard Italie и Moncler.

В Brandart заявили, что их попросили содействовать властям, предоставив информацию и подтверждающие документы о мониторинге ряда поставщиков, и что это «подтверждает неизменную приверженность контролю и надзору за цепочкой поставок в соответствии с высочайшими стандартами комплаенса».

За всем этим стоят системные причины. Процесс начался, когда на итальянские компании усилилось давление в связи с новыми регламентами ЕС о прослеживаемости и должной осмотрительности в цепочках поставок. Мода была очевидной точкой старта: ключевой экспорт с одной из самых сложных и непрозрачных цепочек.

Первая проблема — субподряд, когда заказы уходят более мелким игрокам, которых бренды и аудиторы проверяют слабее. Регуляторное давление заставило часть брендов сократить базу поставщиков и ужесточить контроль, но у многих такого надзора до сих пор нет.

Вторая — принудительный труд, в Италии особенно сложный. Прокуратура целилась в так называемый «капоралато» — систему вербовщиков, рассказывает Андреа Сианези, профессор операционного менеджмента и управления цепочками поставок в Миланском политехническом университете, входивший в рабочую группу при прокуратуре. У этой системы долгая история найма людей без документов, удержания части их зарплат и содержания в эксплуататорских условиях. Особенно уязвимы нелегальные мигранты, добавляет преподавательница UCL Роя Дерахшан.

В итальянских цепочках разговор чаще всего сводится к китайским мигрантам, многие из которых работают на китайских фабриках по всей Италии — их называют «китальянскими». Явление возникло в конце XX века: глобализация открыла доступ к дешёвой рабочей силе и к более крупным индустриальным производствам, работающим быстрее и дешевле местных. Одновременно многие итальянские владельцы фабрик поняли, что дети не хотят продолжать семейное дело, — и приток китайских предпринимателей, готовых купить готовое производство, показался обоюдной выгодой, объясняет доцент Миланского политеха Хакан Караосман. Фабрики завозили китайских рабочих, чтобы держать поток заказов; часть из них была без документов или работала под принуждением, что породило глубокие расколы в местных сообществах. Часть таких фабрик соблюдает закон, часть — обходит, что расследование и обнажило. На каждом этапе следствия «китальянские» фабрики играли заметную роль.